НЕДОРОСЛЬ

10 новых подростковых книг, по которым можно ставить спектакли

Мария Лебедева

1, 2. Евгения Овчинникова. Иди и возвращайся. – М.: КомпасГид, 2019. – 240 с.

Евгения Овчинникова. Магия Зеро – М.: КомпасГид, 2019. – 264 с.

Внезапно исчезнувшая из идеальной жизни успешная, увлеченная работой мама и поиски, которые проводит ее дочь-подросток – нередкий сюжет современной прозы (на ум сразу приходят Мария Семпл «Куда ты пропала, Бернадетт?» или Йенни Йегерфельд «Лежу на полу, вся в крови»). Книгу Евгении Овчинниковой часто обозначают как детектив, но из детективного здесь – разве что расследование обстоятельств исчезновения. В первой части трилогии (третий роман еще не вышел) рассказывается история пятнадцатилетней Нины, талантливой юной художницы, начавшей вдруг получать смс от пропавшей три года назад мамы. Во втором романе «Магия Зеро» – о жизни семьи на Сицилии, куда родители сбежали с Ниной, и о невозможности вернуть все назад: за то время, что мама находилась вдали от дочери, та успела повзрослеть. Овчинникова всегда пишет об эмоциях: боль утраты, неопределенность настоящего, страх перед будущим, детские почти позабытые фобии, непонимание, любовь и надежда.

3, 4. Херцог Аннете, Кланте Катрине. Пссст! Кто я? / пер. Гуровой Е. – М.: Самокат, 2019. – 96 с.

Херцог Аннете, Кланте Катрине, Брайнхой Расмус. Шторм в сердце/ Сердце Шторма / пер. Гуровой Е. – М.: Самокат, 2019. – 128 с.

Графический роман Аннете Херцог – дневник двенадцатилетней Виолы с размышлениями, короткими эпизодами из жизни, списками и всеми волнующими ее проблемами. Как теми, что обычно перечисляются в любой энциклопедии для девочек: отношения в семье и с подругами, меняющееся тело, так и экзистенциальными, вроде поиска смысла жизни. Очень искреннее, с узнаваемыми ситуациями, повествование – в духе популярных когда-то романов Жаклин Уилсон, но глубже и образнее. Второй графический роман о Виоле сюжетно никак не связан с предыдущим. В этой небольшой книге-перевертыше одни и те же события рассказываются на два голоса: «Шторм в сердце» – со слов влюбленной шестнадцатилетней Виолы, «Сердце Шторма» – с точки зрения парня. Вставки вроде уроков полового воспитания (на столе учителя лежит связка бананов) или точек зрения на любовь ученых мужей прошлого (Овидий настойчиво протягивает подростку «Науку любви») совершенно не выглядят инородными, раскрывая эту незамысловатую в сюжетном плане историю как важный этап взросления.

  1. Керр Джудит. Как Бог съел что-то не то / пер. Аромштам М. - М.: Белая ворона / Альбус корвус, 2019. – 320 с.

Вторая часть автобиографической трилогии Джудит Керр «Out of the Hitler Time» (в первой книге «Как Гитлер украл розового кролика» рассказывается о детстве героини) знакомит с проблемами повзрослевшей Анны. Теперь ей пятнадцать, она учится рисовать, влюбляется, устраивается на первую работу – а где-то на фоне взрываются бомбы, и эта нормальность ужасного, отсутствие какого бы то ни было контраста – отличительная черта. Здесь жизнь идет непрерывно, а не делится на «до» и «после» войны, и остановить взросление героини не могут никакие обстоятельства.

  1. Бритт Фанни, Арсено Изабель. Луи среди призраков. - М.: Белая ворона / Альбус корвус, 2018. – 160 с.

Фанни Бритт работает с ключевыми эпизодами взросления, делая это невероятно трогательно и эмоционально точно: в ее первом графическом романе (а изначально – пьесе) «Джейн, лиса и я» таким поворотным моментом станет преодоление буллинга и одиночества, в «Луи среди призраков» – понимание уязвимости взрослых (у отца Луи алкогольная зависимость) и переживания, связанные с первой влюбленностью. На протяжении всех коротких эпизодов из жизни мальчика – проблемы дома, попытки заговорить с понравившейся девочкой в школе, игры с братом на летних каникулах и снова первый школьный день – его преследуют призраки: неотступные мысли, сомнения, страхи, которые уйдут, стоит направить на них свет.

  1. Бодрова Елена. Белая. Разговор через стенку больничной палаты. – Ростов н/Д : Феникс, 2020. — 109 с.

Из розетки то и дело доносится «Антоша, я люблю тебя», бесконечно раздражающее главного героя. В больнице, куда двенадцатилетний Антон попал из-за осложнений после гриппа, его поселили рядом с палатой умственно отсталой девочки, которая зовет себя Дылда – наверняка переняла от кого-то из медсестер. Часто вневременность повествования становится недостатком подростковых повестей, но здесь именно доинтернетная, домобильная эпоха отлично подходит застывшему в больничной палате времени. Назойливый спам из розетки – единственный информационный шум, ставший потом диалогом, а после – криком отчаяния. Короткая повесть Елены Бодровой эмоционально сложна и неоднозначна, и рассказывает, конечно, не о возможной дружбе, а о попытке постичь правила этого мира: типаж «сумасшедшей на чердаке» из викторианских романов здесь играет совершенно другими красками.

  1. Шайнмел Алисса. Опасна для себя и окружающих / пер. с англ. Юнгер Е. – СПб.: Поляндрия NoAge, 2020. – 351 с.

Семнадцатилетняя Ханна попала в психиатрическую клинику из-за чудовищной ошибки. Скоро все это поймут, ведь героиня не только умна, но и умеет понравиться кому угодно. А запись в медицинской карте – «опасна для себя и окружающих» – совсем ничего не значит, и уж точно не связана с трагедией в жизни ее близкой подруги: все, что произошло – цепочка случайностей. В этой истории читатель не может полагаться на слова недостоверной рассказчицы – и будет разбираться вместе с Ханной, где реальность объективная, где – существующая только для героини, и есть ли между ними какая-то разница.

  1. Узрютова Гала. Страна Саша. - М.: КомпасГид, 2019. – 152 с.

Такие истории – в которых события внешние уходят на второй план, уступая место рассуждениям о них обаятельно-интеллектуального раздолбая – обычно сравнивают с «Над пропастью во ржи», и всякий раз не очень-то правы. Шестнадцатилетний Саша – остроумный, тонко чувствующий, но совершенно притом эгоистичный и мизогинный – конечно, не Холден Колфилд. Эта повесть взросления, показывающая собирательный портрет «выросших без мужской руки», но впитавших все традиционно маскулинные установки – редкий образец вписанности в адекватный культурный контекст: герой иронически завидует Наруто, сожалеет, что не асексуален – здесь нет никаких анахронизмов (а подчеркнутое изобилие англицизмов – скорее, индивидуальная речевая характеристика).

 

  1. Итурбе Антонио. Хранительница книг из Аушвица / пер. с исп. ГорбовойЕ. – М.: Popcorn Books, 2020. – 640 с.

Роман Антонио Итурбе – о том, как люди в концлагере держатся за осколки довоенного прошлого, потому что память – единственное, что они смогли пронести вместе с собой. Те, кто ждет нового «Книжного вора», будут разочарованы: история четырнадцатилетней Диты выросла из реальных интервью и архивных записей (и потому многие из героев носят имена реальных прототипов: Фреди Хирш, Йозеф Менгеле, Анна Франк), а после рассказана почти что безэмоционально в противовес роману Маркуса Зусака – но изложенные здесь эпизоды и не требуют эмоциональных комментариев. Ярче всего запоминаются даже не жуткие подробности жизни в концлагере, а это несоответствие привычки жить по-старому и новых условий: поклонник подруги Диты добывает на черном рынке музыкальную шкатулку и получает в ответ: «Это не едят»; в концлагере, среди грязи и смерти, Дите запрещают читать «Похождения бравого солдата Швейка» Ярослава Гашека – в книге ведь есть выражения, недопустимые для глаз юной девушки.